...для аварийного охлаждения реактора должен был включаться мощный водяной насос, но каждое аварийное включение фиксировалось актом с последующим докладом в Москву. Персонал нес моральные и материальные потери в виде премий и, естественно, .... отключил автоматику. А когда возникла необходимость аварийного включения, вспомнили о втором насосе, но персонал не смог подобраться к рубильнику, так как накануне завхоз купил шансовый инструмент, сложил его в помещение, где размещался рубильник включения второго насоса, а чтобы ломаты не украли - повесил амбарный замок.

Оперативная группа Прикарпатского военного округа находилась в 70-ти километрах от Чернобыльской АЭС в поселке Радча. Именно сюда я был откомандирован в качестве командира одного из батальонов. Начальник опергруппы генерал-майор Юхновец Г.С. принял меня вечером 25 ноября 1986 года. Содержание беседы - инструктажа сводилось к одному: главное - это соблюдение воинской дисциплины и непримиримая борьба с употреблением спиртных напитков. Тут я вспомнил: во время учебы в Военной академии химической защиты нас учили, что спирт - первейшее средство восстановления защитных свойств организма после радиоактивного облучения. Генерал кивнул в сторону вошедшего в кабинет подполковника медицинской службы и сказал: "А вот он пробыл здесь уже пять месяцев и так не считает, да и уезжать отсюда не желает?" Кстати, в последующем я встретил немало таких "добравольцев", которые не хотели уезжать. А объяснялось это очень просто: в тридцатикилометровую зону аварии Чернобыльской АЭС они почти не въезжали, а если и въезжали, то на час-два, и, не выходя из легкового автомобиля, немедленно возвращались в штаб писать донесения и распределять награды, премии (в т.ч. и государственные), а тут еще и выслуга лет шла тройная, и оклады в пять раз превышали обычные. Как говорится: "Кому - беда, а кому - мать родная".